коллекция

ракурс

скрижаль

подшивка

клипы военной хроники

Предметы на продажу

Ключ к определению янтаря.

Катюша. Бокал и блюдце Ленинградского фарфорового завода к 50-летию Великой Победы.

Золотые часы МОСКВА. О чём молчат клейма.

Советское золото. Доверяй, но проверяй.

Череп и кости. Или «моментально в море».

Поисковый запрос не может содержать менее 4-х символов.


90 лет тому назад. Харьков-1919 ч.1

Автор: RVR

Дата: 2009-08-02

13 июля 1919 г.

В Президиум Харьковского губисполкома губернского инструктора
Герасима Шевкуна

Информационный доклад
о положении в г. Харькове с момента вступления туда деникинской
Добровольческой армии

Деникинские банды вступают в гор. Харьков


Броневики Красной Армии тов. Троцкого в Екатеринославе, 1919 г.

Первыми из деникинской армии ворвались в г. Харьков части пехотного Дроздовского полка и казаки. В центре города они появились около 5 час. пополудни 25 июня с. г. Задержавшийся в городе наш броневик «Артем» был окружен ими на Московской улице. «Артем» без боя не сдался и отбивался до тех пор, пока были патроны. Не имея же возможности далее отбиваться и уйти, «Артем» был захвачен в плен, а четверо наших доблестных товарищей, находившихся в броневике, пали смертью храбрых. Они были зверски изрублены шашками на мостовой Московской улицы. Поодаль от них за забором на той же улице было убито еще два красноармейца. После 7 час. вечера белогвардейцы открыли редкий артиллерийский огонь по Южному вокзалу, где находились части Красной Армии. Повреждений вокзалу, однако, произведено не было. К утру 26 июня г. Харьков находился в руках деникинцев. Ночью на 26 июня ими были произведены массовые расстрелы захваченных в плен красноармейцев — добровольцев и коммунистов. На одном Южном вокзале было расстреляно более 50 человек. Также много коммунистов было расстреляно в ту ночь и в других местах города. Так деникинская сволочь вступила в г. Харьков. Она вступила по трупам расстрелянных ею рабочих и крестьян.

московская улица
Московская улица

Деникинцы за работой

Белогвардейская Добровольческая армия идет под знаменем старой бюрократической России, т. е. под знаменем, состоящим из трех цветов: белого, красного и синего. На этом знамени часто можно видеть двуглавого орла, увенчанного царской короной. Вот такие знамена на другой день развевались почти на всех зданиях города. Красных революционных знамен, плакатов и воззваний, советских вывесок и вообще всего того, что носило революционный характер, и в помине не было. Все было уничтожено в первую же ночь прихода деникинцев. Не был пощажен и памятник жертвам революции, находившийся на Советской площади. Полотно и доски немедленно были расхищены. А на третий день уже было приступлено к раскопкам могилы и к извлечению погребенных там трупов павших борцов за дело революции. На месте могилы проложены канализационные трубы, яма засыпана землей и площадь устлана гранитом. 26 июня в городе уже красовались развешанные на всех видных местах белогвардейские воззвания, разные объявления и обращения к населению. Воззвания были полны всякой гнусной и бессовестной лжи и провокации на рабоче-крестьянскую власть и в большинстве случаев были обращены к красноармейцам с призывом оставить ряды советских войск, захватить с собой всех командиров и комиссаров и перейти в Добровольческую армию. В обращении к населению часто излагалась на разные лады с комментариями и без комментариев программа деникинской Добровольческой армии, сводящаяся к следующим трем основным вопросам:
1. Восстановление единой неделимой России.
2. Национальные собрания.
3. Восстановление собственности. Земля приобретается безземельными или малоземельными только по выкупу. Рабочие не должны быть эксплуатируемы владельцами предприятий.
Окончательное же решение и издание нового закона принадлежит национальному собранию — хозяину земли русской.

станция
Вокзал

28 июня появились уже портреты Колчака и Деникина, которые были вывешены в городе и на станции в большом количестве. На портретах напечатаны выдержки: у Колчака — из его приказа по армии, а у Деникина — из его речи, произнесенной на общем собрании войскового круга Области Войска Донского. На портрете Колчака текст начинается так: «Приняв крест власти в весьма трудных условиях гражданской войны, я не пойду ни по пути реакции, ни по пути партийности» и т. д. На портрете же Деникина он начинается так: «Пойдем на север спасать Россию, спасать от гибели и распада, ибо здесь на Дону и Кавказе не может быть ни счастья, ни столь сносного существования, если там на севере...» и т. д.

Некоторые из воззваний имели погромный характер против еврейской нации. Хотя эти воззвания были напечатаны в типографии и расклеивались наряду с другими, но они не имели подписей ни отдельных лиц, ни каких-либо организаций. То была чисто черносотенная фабрикация. Так работает деникинская сволочь.

Эпидемия молебнов

Торговая (Павловская) площадь
Павловская(торговая) площадь(пл. Розы Люксембург)

С приходом Добровольческой армии в Харькове началась в буквальном смысле сего слова эпидемия «благодарственных» молебнов, об «избавлении» города от большевиков. На второй день, т. е. 26 июня, был отслужен молебен на площади Розы Люксембург самим епископом, которым еще до начала молебна в соборе было произнесено приличествующее к сему «торжественному случаю» слово, уже заранее составленное и вписанное в книгу. Молебен происходил при огромном стечении, главным образом, буржуазии, интеллигенции и прочего обывательского люда. На 2-й и 3-й день были отслужены молебны на Советской площади, тоже при большом стечении знакомой нам публики. Но наиболее торжественный и величественный молебен был совершен 30 июня на Площади Розы Люксембург при участии священников от всех церквей Харькова, от коих вынесены были также хоругви. Отсюда с крестным ходом пошли по Сумской улице к зданию, занимаемому ЧК, а оттуда — на Чайковскую, где были отслужены панихиды по расстрелянным контрреволюционерам, бандитам и прочей «братии», которые были уже выкопаны из мест своего упокоения. Вообще этим молебнам и панихидам и конца не предвидится. Вся черная сотня воспряла духом, возликовала, почуяв, что вновь настало их царство, и вот вновь морочат и без того темную голову обывательского люда молебнами и святой верой.

Смотры

Николаевская площадь
Николаевская площадь (Советская)

По обыкновению, в большинстве случаев после молебнов генералами Деникина производились смотры частям Добровольческой армии, находящимся в Харькове. Так, 27 июня на Советской площади смотр войскам производил начальник гарнизона, он же начальник дивизии генерал-майор Витковский. Пехоты было около батальона, казаков — около трех сотен, артиллерии — одна батарея и один броневик. На следующий день смотр был произведен также «главноначальствующим» Май-Маевским в присутствии генерал-лейтенанта Шкуро. Смотр был произведен только 1-й сотне казаков из корпуса Шкуро. 30 июня смотр был произведен уже командиром корпуса генерал-майором Кутеповым терцам.

Всякий смотр обыкновенно происходил при громадном стечении ликующей буржуазии и интеллигенции, которая сопровождала проходившие части белогвардейцев криками «ура». Генералов же засыпала цветами и носила на руках. Буржуазия слишком торжественно праздновала победу белогвардейцев. Ею изобретались разные способы чествования командования деникинской Добровольческой армии. Устраивались многочисленные балы, маскарады, открылись разные кабаре и прочие увеселительные места. На особо интимных вечерах рекой лилось шампанское и прочие вина. А рядом на берегах речки лилась кровь расстреливаемых советских работников и лиц, хотя бы мало-мальски причастных к коммунистической партии. Так белогвардейская сволочь праздновала свою победу над рабочими и крестьянами.

Пожертвования

27 июня городскими властями было приступлено к организации сбора пожертвований в пользу деникинской армии. Харьковская буржуазия радушно откликнулась на зов. Нужно отдать ей в том справедливость. Пожертвования потекли рекой. На многих углах улиц можно было видеть расставленные столы, предназначенные для сбора пожертвований. На столах быстро образовывались кучи серебряных и золотых монет, разных офицерских орденов и прочих дорогих вещиц. Сбор пожертвований не ограничивался, однако, лишь уличными, церковными и театральными взносами, каковые в общей сложности составили не менее полмиллиона рублей. Мало этого. Были организованы особые союзы буржуазии по роду их владений: так домовладельцы — себе, фабриканты и заводчики — себе и т. д. И каждый из этих союзов обязался внести пожертвования по 30—40 млн. руб. Производится также сбор пожертвований бельем.

Добровольцы и мобилизация

На другой день по прибытии деникинцев, т. е. 26 июня, было приступлено к записи добровольцев. Подавляющее большинство последних, безусловно, составляет офицерство, юнкера, студенчество, буржуазный элемент и интеллигенция. Из среды рабочих также записывались добровольцами, но это по большей части из числа безработных. Первый день, по газетным сообщениям, дал 1500 человек добровольцев. В последующие дни также не безуспешно производились записи. Так что в начале июля называли довольно порядочную цифру записывающихся добровольцами, как например, 10 000 человек. К первым числам июля относится объявление приказа командира корпуса генерала Кутепова о мобилизации, коей должны подлежать: штаб-офицеры до 50-летнего возраста, обер-офицеры, юнкера, подпрапорщики, сверхсрочные, унтер-офицеры, вольноопределяющиеся 1-го и 2-го разрядов до 43 лет, занимающиеся хлебопашеством до 24 лет, учащиеся, сверстники коих призваны на военную службу, и прочие граждане, в том числе преподаватели, до 35-летнего возраста.

Белогвардейская пресса

Немедленно с приходом деникинских банд были выпущены газеты «Новая Россия», «Южный край» и «Полдень». Первые два дня в газетах помещались только сводки и положение на фронте, разные приказы и объявления. Но вскоре начали появляться передовицы и разные статьи. Все это было направлено против большевиков-коммунистов и Советской власти. Должен отметить, что статьи не отличались дельным и разумным содержанием; по большей части они были пошлые, односторонние и ничего определенного не доказывали. Были полны всякой нелепости, лжи и ненависти против рабоче-крестьянской власти. Всякая непреложная истина, выдвинутая пролетарской революцией, извращалась наизнанку и выставлялась в ином свете с белогвардейской точки зрения. Но как бы они ни старались, правды им не скрыть никогда. Революция сильна, и она в своем поступательном грозном движении уничтожит все препятствия и все темные силы, ставшие на ее пути.

Организация власти

Сумская

Такова организация на началах старого бюрократического порядка. Прежде всего назначен «главноначальствующий» края, в составе Харьковской и Екатеринославской губерний и северной Таврии, выполняющий функции прежних генерал-губернаторов.

Первый приказ этого «главноначальствующего» был об отмене всех декретов и распоряжений Советской власти. Затем назначен губернатор Харьковской губернии некто Богданович, который не замедлил приехать к месту службы, при этом был торжественно встречен администрацией города и подчиненной ему сворой чиновников. Не замедлила себя долго ждать также и городская дума со всеми ее отделами.

Затем в городе организована также полиция, только под наименованием стража. Там вновь нашли себе теплый уют бывшие фараоны — многочисленная свора разнокалиберных полицейских. На железной дороге также успешно проводится своя организация. Начальником южных дорог назначен инженер Соловьев, который был уже раньше определен Деникиным на этот пост, но он до сего времени где-то обретался в стане белогвардейцев. Теперь же он торжественно и деловито изволил прибыть в г. Харьков, попутно уволив от должности начальника ст. Харьков Пашкова, назначенного на эту должность Советской властью. На место же его назначен белогвардейский прихвостень. Восстанавливается на жел. дор. и прежняя жандармерия, но только под другой вывеской, т. е. под названием военно-железнодорожная стража. Бывшие жандармы пользуются привилегией перед прочими при поступлении на службу в эту стражу.

Продовольственный вопрос

Так как этот вопрос представляет особое внимание, то я должен отметить, что в Харькове положение продовольствия нисколько не улучшилось. Цены на хлеб и прочие продукты держатся в тех же размерах. Так, 4 июля 1 фунт хлеба стоил 20 руб., десяток яиц — 50 руб., фунт масла 150—180 руб. и т. д. В газетах появились еще в первый день прихода деникинцев заметки о том, что будет вне очереди из Кубани доставлен хлеб в 35 вагонах, нефть, уголь, постное масло, но, между тем, все это пока слова, а на деле ничего не видно. Теперь спекулянт чувствует себя господином положения. Ожидать понижения цен на продукты было бы нелепо.

Работа продолжается

От Николаевсой площади к Сумской
С Николаевсой площади на Сумскую

В последних числах июня месяца белогвардейским командованием было приступлено на Сумской у здания ЧК и на Чайковской к раскопкам ям, в которых были зарыты расстрелянные контрреволюционеры и бандиты. Раскопки производились в течение 27, 28 и 29 июня, и к 30 июня были почти закончены, т. е. к тому дню, на который были назначены панихиды. Приглашались лица для опознания трупов своих родственников. Распространялись самые нелепые и невероятно ужасные слухи о Чрезвычайной комиссии и об отдельных ее членах, например о т. Саенко. На месте же раскопок среди присутствующего тут обывательского люда и буржуазии атмосфера озлобления к Советской власти так накалялась, что тут грозило вылиться в форму погрома над еврейским населением. Всякому выступающему в защиту евреев грозил самосуд. На Чайковской едва не был растерзан озверелой толпой какой-то гласный Харьковской городской думы, заступившийся за евреев. Национальная рознь весьма заметно обострилась. Возможны погромы, которые могут начаться с ничтожного пустяка. Слухи же по городу распространялись все более и более один другого нелепее и страшнее и создали у обывателя самое невероятное представление о ЧК и о коммунистах вообще. Передаются совершенно якобы за истину рассказы о том, что Чрезвычайная комиссия, если бы немного еще пробыла в Харькове, приступила бы к расстрелу всех вообще беспартийных, якобы отнесенных к 3-й категории, и что для этой категории уже приготовлены большие ямы на Чайковской и т. д. Все это составляет безусловно благоприятную почву для успешной агитации всякой черносотенной сволочи и провокаторов. Весь буржуазный элемент, белогвардейская свора подняли головы, зашевелились и зашипели, как гады, на все лады. Имя коммуниста треплется грязными языками и забрасывается грязью упомянутой сволочью. В слепом озлоблении и ненависти к Советской власти всякий спекулянт, буржуй, черносотенец, если знает или узнает, где находится коммунист или бывший ответственный советский работник, как например комиссар, идет и заявляет в комендатуру города. Какая далее судьба этого человека — всякому известно.

Первые три дня расправа над коммунистами и комиссарами производилась без всякого суда и следствия. Указали, задержали, повели к берегу речки и — расстрел. Потом был образован военно-полевой суд, но это сути дела не меняет. Тоже расправа, хотя, как говорится, более организованная. Очевидцы передают о происходящих зверствах в Синельникове, где захваченные в плен красноармейцы раздеты почти догола и содержатся в каменном здании без пищи уже более недели. Там же под Синельниковой недавно расстреляны пригнанные бегом из Екатеринослава 30 матросов и 8 коммунистов. Сразу наповал жертвы не убивались, но постепенно расстреливались, дабы заставить умереть в муках. Так белогвардейцы расправлялись с советскими работниками и коммунистами. Самоуверенность харьковской буржуазии Деникинская Добровольческая армия, занявшая Харьков, составила о себе у харьковской буржуазии ложное представление якобы всесокрушающей и непобедимой силы. Эта иллюзия так затуманила глаза буржую и обывателю, что они по-детски непреклонно верят в то, что деникинцы якобы в самом непродолжительном времени возьмут Москву и всю Российскую Советскую Республику.

А в унисон этому настроению в белогвардейских газетах приводятся соответствующие глупые статьи, доказывающие, что якобы Советская власть доживает последнюю стадию своего существования и что большевизму обязательно лежать в черном гробу, а потому ему уже возврата быть не может. Таким образом, создается в буржуазных группах слепая уверенность в окончательном торжестве капитала благодаря победе белогвардейских банд.

Отношение крестьян к Добровольческой армии

Отношение крестьян к белогвардейцам враждебное. Передают о неоднократных случаях бесцеремонных поступков казаков и прочих белогвардейцев по отношению к крестьянам. Из последних наиболее всего обижают бедных, у которых забирают последних коня или корову. Мне приходилось беседовать с крестьянами на пути к Ахтырке. Они указывали, что коммунисты-большевики, безусловно, вызвали некоторое неодобрение крестьян за проповедывание и насаждение коммун, но так или иначе Советская власть, как они говорили, наша власть, из нашей же среды, а потому она нам близка и зла не пожелает. А теперь за казаками вслед идет власть помещицкая, а потому нам вновь житья не будет. Нет уж, гоните их, и мы вам поможем. Так заключили в конце нашей беседы крестьяне. И так всюду.

Инструктор Герасим Шевкун
Если будет отдано в печать, то прошу на место подписи поставить:
коммунист Г. Шевкун
1919 г. июля 13-го
г. Сумы

Партийный архив Института истории партии ЦК КП Украины,
ф. 1, оп. 1—4, д. 154, лл. 1—8.
Подлинник. Рукопись.
Опубликован в сб. «Гражданская война на Украине», т. II, стр. 228—234.

Источник: Харьковщина в период Гражданской войны и иностранной военной интервенции 1918-1920 г.г. Сборник документов и материалов. Харьков, изд.«Прапор» 1973 г.

Просмотров: 5012

Комментарии к этой статье:

Комментарий добавил(а): Сизиф
Дата: 2010-11-02

Сам ты сволочь, поганка. Из бывших политруков, что ли? Это я автору... Дегенерат... Белое воинство ему - сволочь... Тьфу.

Комментарий добавил(а): владимир
Дата: 2012-11-05

белогвардейская сволочь она и в Африке сволочь

Комментарий добавил(а): Борис
Дата: 2014-07-24

В каждом времени свой почет..Автор многое утаил о зверствах ЧК.О его руководителе Саенко..

Добавить ваш комментарий:

Введите сумму чисел

2009-2016 historymania.info
коллекционирование
Исторические ревю