скрижаль

подшивка

Предметы на продажу

Ключ к определению янтаря.

Катюша. Бокал и блюдце Ленинградского фарфорового завода к 50-летию Великой Победы.

Золотые часы МОСКВА. О чём молчат клейма.

Советское золото. Доверяй, но проверяй.

Череп и кости. Или «моментально в море».

Поисковый запрос не может содержать менее 4-х символов.


Трудные пути космической филателии

Автор: А. Гурштейн

Дата: 2014-04-09

А. Гурштейн, кандитат физико-математических наук
М. Левин, инженер

Советский коллекционер 7, 1970 г.

Первые десять лет космической эры были годами бурного развития космической филателии.

Ныне выпуск почтовых марок по космической тематике, миновав апогей, по-видимому, пошел на спад. Наступило время для анализа, выводов и обобщений.

Тематическая филателия весьма своеобразна. Теперь, например, к космической тематике относят некоторые марки, выпущенные задолго до запуска первого советского искусственного спутника Земли. Однако, как известно, дата именно этого запуска — 4 октября 1957 г. — стала началом космической эры. Поэтому датой рождения космической филателии правильнее считать 5 ноября 1957 г. В этот день в почтовых окошках нашей страны появилась марка с изображением первого в мире советского искусственного спутника Земли.

Месяцем позже на околоземную орбиту был выведен второй советский искусственный спутник Земли, а 31 января 1958 г. к ним присоединился американский «Эксплоурер-1». На протяжении длительного времени космические исследования развивались усилиями двух стран: СССР и США. Этого нельзя сказать о космической филателии.

В первый год космической эры (4 октября 1957 г. — 4 октября 1958 г.) в околоземное пространство было запущено 7 искусственных спутников. За это же время почтовые ведомства 10 государств вывели на «филателистическую орбиту» 44 марки космической тематики.

Выпуск марок, посвященных первым искусственным спутникам Земли, был данью восхищения народов мира выдающимися достижениями современной науки и техники.

Надо ли говорить о том, какое колоссальное количество приверженцев среди коллекционеров сразу же нашла космическая тематика. Марок было еще немного. В подавляющем большинстве они были доступны. И, наконец, эти почтовые миниатюры на первых порах позволяли документально иллюстрировать основные вехи освоения космического пространства. В короткий срок тема космических исследований стала самой популярной в тематической филателии.

Однако большой интерес, проявленный коллекционерами к этим выпускам, имел прискорбные последствия: началась «космофилателистичеекая гонка». Этого в высшей степени пагубного явления, к сожалению, не избежали почтовые ведомства очень многих стран: за десять лет выпустили космические марки почтовые ведомства 85 государств! Общими усилиями они изготовили свыше 4 тысяч марок общей стоимостью около 28 тысяч французских франков (Ивер, 1969), несколько тысяч специальных гашений и много другого коллекционного материала.

Таким образом, первый удар по космической филателии нанесла невоздержанность почтовых ведомств. В 1963—1965 гг. среднегодовой выпуск достиг почти 600 марок. Это заставляло любителей космической филателии всерьез задуматься над перспективами дальнейшего продолжения темы.

Темпы космических исследований возрастали (за первое десятилетие космической эры было запущено около 700 спутников, автоматических станций и пилотируемых кораблей), а «космофилателистическая гонка», пройдя в 1964 г. свой апогей, пошла на убыль. Почта больше не могла угнаться за темпами космических исследований. Только за 1967 г. более двух десятков важных космических экспериментов не были отмечены выпуском марок. Коллекция почтовых миниатюр стала постепенно утрачивать роль своеобразной художественно-документальной летописи космической эры.

Более всего, однако, нервируют филателистов постоянно образующиеся пропуски на страницах альбома. Главной причиной возникновения таких «белых пятен» оказался бешеный рост цен на марки космической тематики. Организаторы этой вакханалии — многочисленные западные фирмы и фирмочки, кормящиеся у филателии, — неплохо погрели руки на популярности космической тематики. За восемь лет цены на марки выросли вдвое, обеспечив дельцам от филателии солидную прибыль.

Особенно высокие прибыли обеспечивает торговым фирмам продажа марок, выпущенных малым тиражом, спекулятивных «раритетов» и «суперраритетов». Становясь обладателями такого материала, дельцы от филателии устанавливают монопольные цены. Так, например, только за два года (1966 и 1967) фирма Лоллини почти удвоила и без того фантастически высокую цену на известный выпуск Доминиканской республики 1959 г. В погоне за сверхприбылями некоторые торгово-филателистические фирмы, вступив в контакт с чиновниками почтовых ведомств молодых или слаборазвитых государств, инспирируют выпуск малотиражных редких марок и начинают диктовать свои условия.

Типичную историю возникновения одного из таких выпусков опубликовал хорошо осведомленный английский журнал «Филателик мэгэзин». Он сообщил, что между так называемым эмиратом Аппер-Яфа и неким Даниэлем Эсса был заключен договор относительно эмиссий марок эмирата. В соответствии с этим договором за неполные два месяца 1967 г. было напечатано 11 серий популярной тематики (82 марки и 15 блоков!). Если же учесть, что на территории эмирата нет ни одного почтового отделения, становится ясно: основная цель этой фальсификации — обман коллекционеров с целью наживы. Не случайно для обозначения марок подобного рода в филателистической терминологии прочно утвердилось понятие «спекулятивный выпуск».

Другой деятель от филателии — некто господин Столов, «прославившийся» изготовлением массовых тиражей псевдомарок выдуманной страны Малука, — решил вести бизнес на широкой основе. За короткое время нью-йоркская фирма Столова установила полный контроль над эмиссией почтовых марок таких государств как Тонга, Бутан, Бурунди и других, установила монопольные цены на выпуски этих стран и начала беззастенчивый грабеж коллекционеров.

Резкое увеличение спекулятивных выпусков нанесло большой вред филателии и заставило коллекционеров предпринять некоторые меры для защиты своих интересов. Всемирная ассоциация журналистов, пишущих на темы филателии, начала в 1960 г. на страницах зарубежной печати кампанию за игнорирование спекулятивных выпусков. Филателистическая печать оживленно обсуждала возможные пути бойкота филателистических сорняков. В результате почти пятилетней борьбы Международная филателистическая федерация (ФИП) приняла решение и опубликовала списки многочисленных нежелательных и вредных выпусков1. Спекулятивные марки, попавшие в этот список, не допускаются к экспонированию на филателистических выставках, проводящихся под патронатом ФИП, а также на выставках, организуемых национальными филателистическими союзами, являющимися членами ФИП.

Широкая гласность этих документов закроет филателистическим сорнякам не только доступ на стенды выставок, но и на страницы альбомов.

К сожалению, до широкой гласности пока далеко. Документы ФИП, опубликованные за границей, все еще не обнародованы нашей филателистической печатью. Большинство советских коллекционеров, не владеющее иностранными языками, практически ничего не знает об этих важных документах и продолжает гоняться за дорогостоящими спекулятивными «раритетами». Об этом видетельствует опыт последних крупных филателистических выставок, многие экспонаты которых были засорены нежелательными и даже вредными выпусками.

Приходится удивляться и тому, что Центральное филателистическое агентство Союзпечати в своем каталоге-справочнике «Советская космонавтика в филателии» (1967 г.) рекомендует включать в коллекции дисквалифицированные марки (например, Дубай и частные непочтовые выпуски острова Санда).

Как это ни парадоксально, падению интереса к космофилателистической тематике способствовали и ее поклонники.

Наши выставки по праву считаются «филателистическим университетом». Редкие из них обходились без тематических экспозиций, посвященных освоению космоса. Однако (за небольшим исключением) в показанные коллекции не было вложено живой творческой мысли автора.

Экспонировались, как правило, холодные наборы марок космической тематики, отличавшиеся лишь количеством представленного материала или числом раритетов. Это, естественно, воспитывало в коллекционерах всего лишь стремление к максимальной полноте, а не к творческому разнообразию коллекций.

Таким образом, с одной стороны, безудержная эмиссия большого количества редких и спекулятивных выпусков, с другой — «всеядность» филателистов, их погоня за количеством, стремление во что бы то ни стало укомплектовать коллекцию всеми марками космической тематики привели к своеобразному конфликту — космофилателия стала недоступной для широкого круга коллекционеров. Бездумное увлечение модой привело к печальным результатам...

На наш взгляд, одним из целесообразных путей дальнейшего развития и углубления космического тематического коллекционирования на базе творческой исследовательской работы станет более узкая специализация. Возможна, например, такая градация темы:

— исследование околоземного космического пространства;

— пилотируемые космические полеты;

— исследование Луны и планет автоматическими средствами.

Не следует думать, что более узкая специализация уменьшит поле деятельности творческого филателиста. Напротив, создаются гораздо более благоприятные-условия для тщательного анализа и критического осмысливания сюжетов почтовых марок. В этой работе коллекционеров ожидают новые трудности: многочисленные ошибки в датах запусков, конструкциях космических аппаратов и даже в астрономических названиях. Аргументируя свое утверждение, мы проведем анализ сюжетов почтовых марок, посвященных узкой теме — исследованию Луны автоматическими средствами.

Луна — ближайшее к Земле небесное тело. В силу близости к нашей планете ей суждено стать первой внеземной базой человечества. Именно к Луне устремилась первая советская космическая ракета, вырвавшаяся из сферы земного притяжения и ставшая первой искусственной планетой Солнечной системы.

Подлинным триумфом советской науки стал запуск автоматической станции «Луна-2». Она достигла цели 14 сентября 1959 г. в 00 час. 02 мин. 24 сек. московского времени. «Звездный час» человечества приобрел огромное историческое значение. И дело не только в том, что впервые была успешно решена исключительно сложная научно-техническая проблема попадания в цель, удаленную почти на 400 тысяч километров. Доставка к Луне советского вымпела символизировала преодоление разобщенности двух небесных тел -— Земли и Луны.

Полету советской автоматической станции «Луна-2» почтовые ведомства мира посвятили несколько десятков марок и памятных блоков. Потребность документально увековечить момент первого контакта с иным небесным телом поставила, в частности, задачу счета времени — задачу несложную, но специфическую.

Местное время — понятие относительное. Оно связано с видимым движением Солнца по небосводу и вследствие этого различно для разных участков Земли. Строго говоря, одинаковое время имеют только точки, лежащие на одном меридиане. На линии равных широт (параллели) каждая точка имеет собственное время. В практике обычно используется условное — поясное — время. Поверхность Земли разбита на 24 пояса, ширина каждого из них 15 градусов по долготе. В пределах пояса время условно считается одинаковым, а от пояса к поясу отличается ровно на час. Границы часовых поясов проведены не строго по меридианам, а совмещены с государственными и административными границами, водными рубежами, горными хребтами.

Посредине нулевого пояса проходит гринвичский меридиан. Этот пояс живет по гринвичскому времени. Западная Европа попала в первый часовой пояс, время его называется среднеевропейским. Между прочим, недавно, в 1968 г., Великобритания отказалась от использования гринвичского времени и перешла на среднеевропейское. Время нулевого меридиана, именуемое всемирным, используется преимущественно лишь при астрономических расчетах.

Европейская часть СССР живет по московскому времени — так называется время второго часового пояса. Не следует, однако, упускать из виду, что московское время отличается от среднеевропейского не на один, а на два часа. Связано это с тем, что с 16 июня 1930 г. на территории СССР (исключая Татарскую АССР) введено так называемое декретное время, равное поясному времени плюс один час. Введение декретного времени способствовало экономии электроэнергии.

Когда почтовые ведомства разных стран начали готовить выпуски, документально увековечивающие точный момент контакта советской автоматической станции с Луной, у них было два выхода: либо указать московское время — 00 час. 02 мин. 24 сек., либо же пересчитать его на время своего пояса.

Со вторым вариантом решения задачи удачно справилось почтовое ведомство Германской Демократической Республики. На марке номиналом 20 пфенигов в память об историческом моменте доставки к Луне советского вымпела (437)2 сделана надпись:

13. IX. 1959

22h 02m 24s MEZ3

Серьезные ошибки содержит марка Венгрии, выпущенная через десять дней после завершения полета автоматической станции «Луна-2» (1314). На ней указан момент доставки вымпела: 22h02'34". Вместо 24 секунд указано 34. Ошибочна и форма записи. Один и два косых надстрочных штриха справа от цифр означают соответственно минуты и секунды дуги. Для обозначения минут и секунд времени служат, как это правильно употреблено на марке ГДР, надстрочные индексы «m» и «s». Кроме того, на марке Венгрии нет указания, к какому временному поясу относится указанный момент.

Наиболее выдающимся научным событием на первом этапе исследования Луны космическими средствами, без сомнения, было фотографирование ее обратной стороны, невидимой с Земли. Этот эксперимент выполнила советская автоматическая межпланетная станция «Луна-3». Полет «Луны-3» символизировал безграничные возможности человеческого разума. Впервые наземные радиотелескопы принимали телевизионное изображение из глубины межпланетного пространства. Новый успех советской науки нашел достойный отклик во всем мире. Разумеется, филателия не прошла мимо этого выдающегося события.

На нескольких марках воспроизведена полученная в результате полета «Луны-3» первая карта обратной стороны Луны. К сожалению, и на этих выпусках не обошлось без недоразумений. Карта обратной стороны Луны изображена на одной из румынских авиапочтовых марок (105). Cправа и слева приведены названия объектов, выявленных при фотографировании на невидимой стороне Луны. Под номером 3 среди них указано Море Южное. Между тем, Море Южное хорошо известно по наблюдениям с Земли. В книге «Первые фотографии обратной стороны Луны» (изд-во АН СССР, М., 1959), откуда заимствован сюжет марки, под номером 3 фигурирует «Продолжение Моря Южного на обратной стороне Луны». Очевидно, не следовало выносить это название на марку в числе других новых названий. 4

Под номером 2 на румынской марке указан Залив Астронавтов. Это название не вошло в уточненный список и не утверждалось Международным астрономическим союзом. Поэтому на официальной карте обратной стороны Луны этого названия нет. Кстати, на 60-копеечной советской марке 1960 г. (2457), посвященной успешному фотографированию обратной стороны Луны, тоже указан Залив Астронавтов 4.

В 1964 г. выпуском блока «Путь к звездам прокладывают коммунисты» советская почта вновь отметила выдающееся научное достижение полета «Луны-3» (3130). К сожалению, в указанной на блоке дате фотографирования обратной стороны Луны допущена грубая ошибка: вместо 7. X. 1959 г. неверно указано 6. X. 1959 г. В официальных материалах сообщалось, что запуск советской автоматической межпланетной станции «Луна-3» был произведен 4 октября 1959 г.; она приблизилась к Луне 7 октября 1959 г. и в 6 час. 30 мин. московского времени (3 час. 30 мин. всемирного времени того же дня) начала фотографирование ее обратной стороны. Сеанс фотографирования продолжался 40 мин. Теперь в коллекциях филателистов есть два знака почтовой оплаты, посвященных «Луне-3», но даты фотографирования обратной стороны Луны на них различны. На марках 1960 г. дата указана верно — 7.X. 1959 г., а на блоке 1964 г. дата неверная — 6. X. 1959.

Забегая несколько вперед, мы вынуждены с сожалением отметить, что почтовые ведомства явно недооценили достижение другой советской автоматической межпланетной станции — «Зонд-З». Запущенная 18 июля 1965 г. станция «Зонд-З», двигаясь по гелиоцентрической орбите, прошла мимо Луны на расстоянии около 10 тысяч километров и практически завершила фотографирование ее обратной стороны. После этого полета на невидимом с Земли полушарии Луны не сфотографированными оставались две небольшие зоны у северного и южного полюсов. Суммарная площадь белых пятен не превышала 5% от всей поверхности Луны. Научный анализ фотографий «Зонда-З» опубликован Академией наук СССР в «Атласе обратной стороны Луны», ч. II.

Советская почта вообще не отметила этого замечательного эксперимента. Ему посвящены всего три марки. Одна — румынская (2181), другая — чехословацкая (1383) — напоминает о полете «Зонда-З» лишь косвенным образом. На ней имеются две даты: 1959 и 1965. Третья марка — венгерская авиапочтовая (277). Она вышла в серии, посвященной достижениям в космических исследованиях за год. Однако надпись на ней не соответствует изображению. На рисунке не «Зонд-З», а существенно отличающаяся от нее по внешнему виду автоматическая станция «Луна-3».

Путаница с изображением космических летательных аппаратов характерна для парагвайской почты. Укажем, для примера, ошибку в марках 1964 г., посвященных полету «Рейнджера-6» (762, 763). Основной задачей американских аппаратов серии «Рейнджер» первоначально считалась доставка на поверхность Луны «говорящего мяча» — сферического контейнера с измерительной и передающей аппаратурой. Сохранность (контейнера при посадке на лунную поверхность должна была обеспечиваться частичным гашением скорости. Это называлось «жесткой посадкой». Американские ученые пытались осуществить жесткую посадку на Луну «Рейнджеров» с третьего по пятый. Но все эти запуски оказались неудачными. В конструкцию внесли существенные изменения. Упростили задачу для четырех последующих «Рейнджеров» — с шестого по девятый. Они предназначались исключительно для обзора лунной поверхности при подлете к ней без всякого торможения.

Внешний вид двух групп «Рейнджеров» — с третьего по пятый и с шестого по девятый — существенно отличался. На марках Парагвая, посвященных полету «Рейнджера-6», изображена старая конструкция «Рейнджера-5». Кстати, на рисунке хорошо виден сферический контейнер для жесткой посадки.

Самый значительный рост интересных филателистических новинок вызвала блистательная мягкая посадка на Луну советской автоматической станции «Луна-9». Это был крупнейший успех советской науки и техники. На большинстве марок, посвященных «Луне-9», воспроизведен опубликованный ТАСС рисунок космического аппарата. Это же изображение демонстрировалось на пресс-конференции, посвященной успешному полету «Луны-9». Позднее в советской печати появились документальные фотографии автоматической станции, совершившей мягкую посадку на Луне. Копия космического корабля в натуральную величину демонстрируется на ВДНХ. Первоначально опубликованный рисунок, естественно, отличался некоторой обобщенностью и схематичностью. Однако именно он успел попасть едва ли не на все марки, посвященные «Луне-9». Серьезная ошибка вкралась в изображение станции «Луна-9» на венгерской марке (1807). Шарообразный корпус автоматической станции нарисован с факелом работающего тормозного двигателя. Между тем, торможение станции выполнялось специальной двигательной установкой, придающей аппарату совершенно иную конфигурацию (см. книгу «Первые панорамы лунной поверхности», М., Изд-во «Наука», 1966).

На некоторых марках вызывает возражение лунный ландшафт. Ничего похожего на то, что изображено в районе посадки «Луны-9» не было и, вообще в лунных морях не встречается. Картины, воспроизведенные на марках, явно заимствованы из иллюстраций к ранним произведениям научной фантастики. Они совершенно не соответствуют современным данным. Такого рода ландшафты лунной поверхности филателисты могут встретить, например, на марках Эквадора 1967 г. (763—765).

Почтовые ведомства подчас заставляют задуматься составителей тематических каталогов и коллекций: какому же событию посвящен выпуск, где отвести ему место в коллекции? Такие вопросы, в частности, вызывает кубинский выпуск 1964 г. К числу весьма условных относятся и изображения космических аппаратов на марках ЧССР 1962—1963 гг. (1208—1213, 1268—1273). Каталог марок космической тематики Лоллини 1966 г. отнес марку Чехословакии 1962 г. с изображением автоматической станции на Луне в раздел, посвященный американскому проекту «Сервейер». В выпуске того же каталога аа 1968 г. та же марка включена в число памятных марок по случаю полета «Луны-9». Однако изображение на марке, вылущенной задолго до первой мягкой посадки не соответствует ни аппарату «Сервейер», ни «Луне-9». Поэтому правильнее всего включить ее в раздел «Символика».

Вообще необходимо отметить, что к каталогу космических марок Лоллини приходится относиться критически, так как в нем много ошибок и неточностей. Вот некоторые из них по разделу «Исследование Луны автоматическими средствами». Среди памятных выпусков по поводу полета советской автоматической станции «Луна-10» ошибочно помещена монгольская марка (403), посвященная советскому искусственному спутнику Луны—«Луне-12», Не выделен в самостоятельный раздел полет «Луны-11», а советская марка, посвященная этому космическому эксперименту, почему-то включена в раздел «Луна-10».

Анализ марок, посвященных исследованию Луны, показывает, что поспешность в подготовке космических выпусков, недостаточно критическое отношение к выбору источников информации приводят подчас к серьезным ошибкам. Почтовая марка — документ эпохи. Поэтому недостаточно рассматривать марку с позиций только эстетических и полиграфических, как это делают миллионы филателистов в разных странах. Теперь необходимо подходить к оценке марок и с точки зрения того, правильно или ошибочно представленное на них изображение.

Почтовые марки космической тематики, выпускаемые миллионными тиражами, сами стали важным средством информации. Собранные в коллекции, они являются своеобразной энциклопедией, которая всегда под руками, всегда может освежить в памяти страницы космической летописи. И с этих позиций фактические ошибки в содержании марок совершенно нетерпимы.

Если говорить о филателистической популярности советских космических достижений, то Министерство связи СССР проделало в этом отношении большую работу. Но не следует забывать о том, что эта работа не только почетная, но и ответственная. В связи с увеличением темпов космических исследований и ростом числа запусков все чаще будет ставиться вопрос: когда и какие именно космические достижения следует отмечать памятными выпусками? Видимо, наступило время четко ответить на этот вопрос. Что же касается подготовки новых выпусков, то филателистам хотелось бы, чтобы работа над советскими марками проводилась под девизом: «Оперативность, но не поспешность».

Трудности космической филателии не являются специфической особенностью этой тематики. В равной степени они свойственны другим популярным филателистическим темам: спорт, искусство, флора, фауна. Особенно много параллелей можно провести между коллекциями космических и спортивных марок: то же обилие материала, раритетов, спекулятивных выпусков, те же возможности более узкой специализации.

Как отмечалось, выпуск марок подчас диктуется не почтовой необходимостью, а рассчитан на спрос филателистов. Это вынуждает почтовые ведомства и торгово-филателистические фирмы тщательно следить за конъюнктурой. Как флюгеры, они моментально реагируют на новые веяния. Поэтому дробление темы и узкая специализация коллекции, как эффективное средство сокращения ее объема и улучшения качества, принесут пользу только при условии оригинальной творческой разработки, отказа от сложившегося шаблона.

Идет второе десятилетие космической эры. Человечество стоит на пороге межпланетных полетов. Новые успехи космических исследований без сомнения снова повысят интерес к космофилателистической тематике. Возрождение ее популярности — дело не безразличное для советских филателистов. Ведь коллекция почтовых марок «Летопись космической эры» начинает рассказ со страны, подарившей миру теорию космоплавания, первый искусственный спутник Земли, первый космический полет человека.

1 К числу вредных эмиссий отнесены и многие марки космической тематики. В их числе - все выпуски с 20 мая 1967 г. —
Южной Аравии: Хадрамаут. Махра, Сейджун;
Юго-Восточной Аравии (Договорного Аммана); Аджиман с провинцией Манама, Дубай, Фуджейра. Рас-эль-Хайма, Шарджа с провинцией Хор-Факкан, Умм-аль-Квайн;
КАити, Катар, Йемена и Трансиордании, а также
Панамы марки №№ 407—412, авиа №№ 351—358, а также перфорированные и беззубцовые блоки с этими марками (по каталогу Ивера);
Парагвая — все выпуски с 1 января 1965 г.
Несмотря на многочисленные протесты филателистической общественности, ФИП несправедливо отнес к числу нежелательных эмиссий некоторые космические марки Германской Демократической Республики (марки №№ 542. 578, 838—840, блоки №№ 11 и 12 по каталогу Ивера).

2 Здесь и далее цифры в скобках обозначают номера марок по каталогу Ивера.

3 Аббревиатура МЕZ — Mitteleuropaeische Zeit — означает среднеевропейское время.

4 Много интересного о почтовых марках, посвященных исследованию Луны с помощью космических аппаратов, почерпнут коллекционеры в книге Е. П. Сашенкова «Почтовые сувениры космической эры (М., изд-во «Связь», 1969). К сожалению, однако и автор, описывая «лунные марки», в свою очередь, не уберегся от ошибок. Касаясь, например, полета «Луны-2». он пишет о доставке советского вымпела в район Моря Ясности, в то время как на самом деле он был «прилунен» в Море Дождей. Неправильно указано в книге, что все достоверно выявленные элементы рельефа на сфотографированной «Луной-З» части обратной стороны Луны получили собственные названия (стр. 142), с ошибками приведена хронология американских попыток запуска космических аппаратов в сторону Луны (стр. 151) и др.

Просмотров: 4483

Комментарии к этой статье:

Добавить ваш комментарий:

Введите сумму чисел

2009-2016 historymania.info
коллекционирование
Исторические ревю